Мамаев Курган. Никто не забыт, ничто не забыто.

Ранний утренний час. Солнце еще пока мягкими лучами светит в глаза, заставляя немного щуриться. Пока еще тихо и спокойно. Воздух не успел прогреться, и пахнет свежестью. Можно дышать полной грудью. Именно в это время я люблю Волгоград больше всего. Выхожу из гостиницы пораньше, что бы насладиться этим часами. Сажусь на скамейку, возле которой трется большой черный котяра. Мы с ним как два сторонних наблюдателя в этот ранний час. Город скоро начнет просыпаться. Еще немного, и появятся первые опаздывающие на работу, школьники, торопящиеся в школу, мамы с колясками.. Вдоволь полюбовавшись на пробуждающийся Волгоград, я поймала такси. Мне надо было обязательно попасть в одно из любимых мест в городе. Высота "102.0". Мамаев Курган. О, как же немцы хотели, мечтали заполучить контроль над этой точкой! Не учли одного - русский дух сломить невозможно, особенно тот, который объединился в едином порыве воли, страха, надежды и желания жить. Обязательно покупаю цветы. Один большой к вечному огню. И еще 74 гвоздики. По две на каждую из 37 мемориальных плит. Сколько раз я здесь была? 10, 20? Но каждый раз, как в первые, начинает щемить сердце. Каждый раз, чувства захлестывают. Эмоции словами не передать. Тут надо побывать обязательно, хотя бы разок, что бы все ощутить. Вот перед глазами символические руины Cталинграда - две огромные стены здания, разрушенного долговременным обстрелом и бомбежками. И надписи на них: стоять насмерть, ни шагу назад..Для более мощного восприятния раздаются шумы боя, голос Левитана, передающий сводки Информбюро..Мурашки по коже.. Иду дальше, поднимаюсь по ступеням и прихожу к Площади Героев. Вижу ветерана, в парадной форме. Нет, сегодня не 9 мая. Но, видимо, сегодня какой-то особенный день для него. Дедушка стоит, практически не шевелясь. Наверное, мыслями он был в тех далеких 42-43 годах. Прямая осанка, глаза горят. Но такая в них тоска и печаль..Поравнявшись с ним, говорю "Спасибо Вам, дедушка. Дай Бог здоровья". Улыбается, отвечает: "Это наш долг был, внучка". Протягиваю ему цветы. Он благодарит. Решаю больше не отвлекать дедушку от его мыслей, иду дальше. Оборачиваюсь, вижу как ветеран кладет цветы к воде. И так заныло в груди, что слов не найти, что бы передать. Закрываю глаза. Глубокий вздох-глубокий выдох, что бы не разрыдаться. А вот и Зал Воинской Славы, Вечный Огонь. Кладу цветы к памятнику. «Да, мы были простыми смертными, и мало кто уцелел из нас, но все мы выполнили свой патриотический долг перед священной матерью-Родиной». И на стене памяти на 540 плитах увековечены 7200 имен тех, кто стоял на смерть..Ком подступает к горлу и слезы уже не возможно сдержать, они льются градом. Начинает меняться караул и каждый шаг постового отражается от стен. И даже сердце стучит в такт. Дохожу до Площади Скорби. Над Озером Слез (да, именно этот бассейн мы называем озером, не тот, который на Площади Героев) стоит скульптура матери, в скорби склонившаяся над телом убитого сына. По камням подхожу к памятнику. Эмоции так четко переданы на каменном лице женщины, что хочется ее жалеть и вместе с ней оплакивать ее сына.. Далее двигаюсь к Родине-Мать, кладу цветы на каждую мемориальную доску. Чуть дольше задерживаюсь у плиты родственника. Шумилов Михаил Степанович, Герой Советского Союза, Генерал-полковник, командующий 64-й армией. Уже стоя у самого подножия Родины-Мать, где видно Волгоград как на ладони, приходит четкое осознание того, что можно простоять так и два, и три часа, в тишине оглядывая панораму мемориала. Каждый шаг по Кургану остается в памяти. Каждая прочитанная надпись. Каждый памятник. Каждая фамилия на памятной плитке. Мамаев Курган очень сильное, давящее место. Но оно тянет к себе, туда хочется возвращаться. Когда муж там побывал впервые, я спросила о его ощущениях, он сказал: "Хочется молчать, мысленно благодарить каждого павшего и, тех, кто сумел пережить войну" Вам, отдавшим жизнь во имя победы. Вечная Память.