Путь воина: знакомство с вьет во дао вместе с мастером Фуком

В честь Всемирного дня боевых искусств мастер Фук делится дисциплиной, философией и культурным наследием вьет во дао — исконного вьетнамского боевого искусства.

Если в Корее есть тхэквондо, а в Японии — карате, то во Вьетнаме это вьет во дао. В Anantara Quy Nhon Villas, расположенном в провинции Биньдинь (сегодня часть провинции Зялай), где боевые искусства особенно популярны, традиция встречает гостей размеренным ритмом барабанов: на площадку выходит Чан Ван Фук, мастер боевых искусств и менеджер по безопасности курорта, чтобы начать показательное выступление.

Знаменитый «летящий ножничный» бросок, который считается самым зрелищным из 26 фирменных движений вьет во дао, занимает особое место в легендах этого искусства. Однако в выступлении Фука акцент сделан не столько на эффектности, сколько на сути: покой уступает скорости, сдержанность — силе, точность — взрывному движению.

Для Фука, совмещающего роли менеджера по безопасности курорта и мастера вьет во дао, путь воина когда-то был уединённым и «украденным». Он начал тренироваться в пятнадцать лет, скрывая своё увлечение от родителей. Даже после первой крупной победы в девятнадцать лет он ничего не рассказал о привезённом домой трофее. Последовавшие годы принесли ему множество национальных титулов и широкое признание, но искусство впервые укоренилось в тайне.

«Я рос рядом с боевыми искусствами и с самого раннего возраста был ими очарован. Мне нравится чувство освобождения и форма самовыражения, которые даёт вьет во дао, и это чрезвычайно важная часть того, кем я стал как человек».

Вьет во дао, основанное в 1936 году, — это искусство абсолютного присутствия. Оно сочетает десять форм боя без оружия — для ударов и захватов — с шестнадцатью формами, в которых используется простая бамбуковая палка. Оно требует полной сосредоточенности, погружая практикующего в чистую геометрию движения.

«Как только я начинаю, мой разум полностью сосредоточен на искусстве, на движениях и на эмоциональной глубине, которую оно мне даёт».

Эта интенсивная умственная концентрация сочетается с глубоким желанием делиться искусством с непосвящёнными. Много лет Фук начинал свои утренние занятия на курорте с необычного, фонетически обаятельного приветствия: «Family, see». Хотя его английский с тех пор стал более отточенным, глубинная суть этой фразы остаётся краеугольным камнем его преподавательской философии. Он считает, что каждая техника, как и каждый человек, — часть более крупной, взаимосвязанной линии преемственности.

«Как семья — даже расширенная — связана, так и движения связаны: каждое переходит в следующее без разрыва, создавая целостный опыт».

Это чувство связи позволяет ему адаптировать своё мастерство под любую аудиторию. Для юных гостей, которые приезжают на курорт, желая подражать своим экранным героям, он обращается к игровому и доступному миру «Кунг-фу Панды». Однако, будь то обучение ребёнка осторожному обращению с бамбуковой палкой или сопровождение взрослого через строгие физические требования форм, он настаивает на занятиях под открытым небом. Он отвергает стерильные стены закрытого зала, предпочитая стоять там, где ветер, солнце и соль могут испытать стойкость его учеников.

«Искусства традиционно практиковались на открытом воздухе с самого своего возникновения. Это хороший способ закалить волю и кожу под природными стихиями, к тому же так мы остаёмся верны своим истокам».

Это наблюдение можно в равной степени отнести и к самому Фуку. Между морем и горами он нашёл способ показать гостям свою родину через традицию, сформировавшую и его жизнь, и его провинцию. Делясь вьет во дао, он приглашает гостей в культуру, историю и особый взгляд на мир, в котором каждое движение, как и каждый человек, связано с чем-то большим.