«Моя Венесуэла - как моя первая любовь. (ч-3. Креолка..)»

    Сейчас в Москве мои воспоминания о первой ночи с молодой креолкой в фешенебельном отеле Каракаса "Centro Lido" стремительно проносятся перед глазами, захлёстывая с головой и погружая в невозвратную пучину женских воспоминаний, в которых офицеру полиции Каракаса  Андорре могла позавидовать не только Суламифь с Эсфирью но и сама блудница Иезавель!

    ----------------------------------------------------------------------------------

    Каракас... . Наш огромный "Боинг"  прилетевший из Москвы (с часовой пересадкой во Франкфурте) шелестя моторами медленно выруливал к терминалу прилета аэропорта. Прильнув к окну самолета, впервые рассматривала современный аэропорт Каракаса... Получив с моим Шефом свои загранпаспорта и по три миграционных карты на таможенном контроле аэропорта Каракаса, ( у каждого  - розовую -  забрали на посту прохождения паспортного контроля по две голубых оставили нам на время пребывания в Венесуэле предупредив, что потребуются для обратного выезда из страны,) прошли через стеклянный терминал к нас встречающим. С далека узнала в толпе встречающих заметного господина Себастьяно д' Эро, радостно махнула рукой! Господин Себастьяно д' Эро (представитель национальной нефтяной компании Венесуэлы "Petroleos de Venezuela" был, как всегда неотразим в свои 60 с лишним лет. Дорогой белый костюм, белая шляпа, кубинская сигара, которую он никогда не вынимал изо рта и которая своим видом и особым ароматом как всегда уже начинала кружить мне голову навевая воспоминаниями о его приезде в Москву и нашем неожиданном "Дольче – Секрете" в постели отеля "Националь" зимой два года назад.

    Его эмоциональные приветствия и крепкие наши с ним обьятия, говорили, что я по-прежнему им любима и что я в ожидаемой долгожданной горячей Латиноамериканской стране!

    Среди встречающей с рейса толпы жадно выискивала молодую креолку Андорру... . Андорра, в явном нетерпении стояла у разделителя в красивой форме офицера полиции с небрежно надвинутой на брови черной пилотке с серебряным кантом от волнения нашей встречи сжимая в руке белые офицерские перчатки... улыбнувшись помахали друг другу.... впились глазами друг в друга... .

    Господина Себастьяно д' Эро дружески поздоровавшись с моим Шефом и представив мне свою пленительную красавицу 22-х летнею племянницу Андорру офицера полиции Каракаса, которая явно исходила женским нетерпение нашего с ней знакомства, предложил всем пройти на выход где ждала машина.

    Пожав поданную Андоррой тонкую смуглую руку, почувствовала приятные длинные пальцы, которые нежно охватили мою ладонь… моё сердечко забилось, я знала, что так охватить пальцы могла только та, которая безумно ждёт женщину… . В волнении задержав на мгновение её пальцы в своей руке взглянула в глаза Андорры...  прочла моментальную волну таинственного женского смущения!

    Выходя из здания аэропорта Каракаса впервые ощутила горячее Венесуэльское солнце на моем беззаботном и радостном лице!

    С чувством пришедшего моего ожидания с умилением прошептала яркому солнцу:

    - Буэнос – Диас Венесуэла!

    Воздух, пропитанный настоем Карибского моря и бескрайних тропических джунглей, казался совсем другим, чем на Кубе и моей любимой Доминикане где всегда пахло исключительно просоленным морем.

    Минуты, которые мы шли к стоянке нашей автомашины, с незаметным любопытством искоса рассматривала мою долгожданную креолку Андорру: высокая, но чуть ниже меня ростом, она была завораживающе сексуальна в красиво облегающей стройную фигуру черной форме с серебряными звездами офицера полиции Венесуэлы и с небрежно по особенному шарму в надвинутой на жгучие брови черной пилотке с серебряным кантом!

    Я хотела, желала…!

    В мои 30 лет и именно сейчас, в эти минуты, когда шагая рядом искоса внимательно рассматривала Андорру, пришло неиссякаемое желание приложить все мои усилия и весь мой обольстительный шарм, чтобы понравиться и разделить  с красивой молодой креолкой мои нахлынувшие безумные и порочные желания. Мои мысли путались, вознося меня на небеса, я не знала и не представляла, что бы я хотела, обнимая её в постели – безграничной власти сочетаемой с насилием надо мной в строгой форме офицера полиции Каракаса или моей порочной женской вседозволенности над смуглой умопомрачительной креолкой, которая по моему предположению явно была далека от безумного женского порока, с которым я сама познакомилась совсем недавно в Египте благодаря моему милому созданию - Ольге, которая осталась в Москве. Мои опасения, что безумный женский порок не ведомом Андорре в её 22 года сразу откинула прочь, ведь мне тоже когда-то был неведом женский порок и вообще - назовите мне женщину, которая хоть раз не задавалась бы этой мыслью!

    Я уже желала красивую 22-х летнею Креолку представляющую закон в этой неизвестной мне стране с красивым названием – Венесуэла !

    Черный, полицейский "Хаммер " с затемненными стеклами стоял в ожидании нас на стоянке аэропорта. Постучав по стеклу автомобиля, Андорра разбудила молодого полицейского дремавшего за рулем. Выйдя из "Хаммера ", он представился:

    – Гонсалес.

    Отдал мне честь, приятно улыбнувшись озарил сверху вниз красивой улыбкой.

    - Мой коллега - напарник и мой будущий муж – представила Андорра, прильнув к Гонсалесу.

    Я, заворожено смотрела на высокого лет 25 красивого полицейского в чёрных очках из Американских фильмов о полицейских. Приятное, благородное испанское лицо, красиво облегающая широкие плечи форма полицейского с оружием на поясе и его жгучая молодость, всё это моментально очаровало моё женское сознание, казалось, что это то - зачем мне стоило лететь в Венесуэлу. 

    Смотря в его красивые черные глаза, назвала своё имя:

    - Ксения - протянула руку.

    Подошли, оживленно беседуя г. Себастьяно д' Эро и мой Шеф, оказывается мой Шеф знаком с Гонсалесом в свои предыдущие приезды в Венесуэлу. Андорра, села за руль полицейского "Хаммера", я разместилась рядом. Определившись с направлением движения  для моего попутного ознакомления с Венесуэлой по дороге в наш отель "Centro Lido", рванула автомобиль с места на что получила замечание от г. Себастьяно д' Эро, что у нас дорогие гости в машине. Взглянув на Андорру, поняла, что она нервничает, её тонкое женское чувство подсказывало, что Я сейчас выбираю между ней и Гонсалесом и мой выбор определит многое в наших новых взаимоотношениях во время моего пребывания в Венесуэле.

    Дорога до Каракаса ограничивалась 18-20 километрами по унылым Карибским Андам, широкая автострада позволяла скорость, но наш полицейский "Хаммер" под управлением Андорры держал строго разрешенную скорость... обгоняли разномастные машины повально представляющие из себя раритеты, мелькали небольшие перевалы, тоннели с постами вооруженной полиции, горы, которые ничего собой не представляли казалось не кончатся как и рекламные баннеры у дороги. Искоса поглядывая на Андорру управляющую "Хаммером" видела взгляд, устремленный вперед, который ждал моего незамедлительного решения. Положив руку на правую руку Андорры лежащую на подлокотнике "Хаммера" почувствовала ожидаемое, нежное обьятие моих пальцев. Перебирая и лаская пальцы за выступом консоли подлокотника "Хаммера" закрывающим от посторонних глаз наши руки, нам приходило уверенное сознание, что мы созданы друг для друга, но, как будет короток мой путь к молодому и завораживающему шоколадному телу креолке я ещё не догадывалась.

    Из за горы даже неожиданно для меня открылся пригород Каракаса: обилие (лачуг) "барриоc" меня поразило! Огромная вытянутая долина, в которой находился сам многоликий город Каракас была окружена горами, которые были облеплены самостроем со спутниковыми антеннами и ярко окрашенными в разные цвета лачугами, где вероятно царил свой мир и свои законы. Увидев моё удивленное лицо, Андорра обьяснила, что это не законные постройки приехавших за хорошей жизнью в Венесуэлу из всех близлежащих стран - Уругвая, Перу, Эквадора, Колумбии.

    Управляя "Хаммером" Андорра, поглядывая на меня, рассказывала:

    - Криминальность здесь просто зашкаливает, здесь своя власть и свои законы, правит только мафия, которая ещё как-то поддерживает в разномастных барриоc порядок.

    Усмехнувшись, пространственно поведя рукой добавила:

    - Неписаные законы барриос даже не требуют дополнений в происходящем.

    Если жена жалуется мафии, что её избивает муж, мафия просто приходит и убивает мужа и это здесь даже не обсуждается, мы как полиция на такие дела как и на всё здесь происходящее просто не реагируем.., свидетелей как всегда нет.

    Гонсалес добавил, что раньше правительство держало для наведения порядка в барриоc специальные войска под названием "Эскадроны смерти", которые врывались в барриоc по наводке, убивая всех и сразу, наводя ужас и хоть как-то контролируя криминальные поселения. Сейчас "Эскадроны смерти" за присущий им беспредел и слияние с мафией расформированы и всё изменилось. Полиция практически не вмешивается в эту жизнь, мафия окрепла, любое появление полиции собирает здесь настороженные толпы, от которых можно ждать всего.

    Управляя автомобилем, Андорра продолжала:

    - Справа от нас самый криминогенный район Каракаса - "Петара" не уступающий самой Баготе. Наши патрульные машины полиции от моего штата "Миранда", выезжая на ночное дежурство в "Петару" только и курсируют от "Петары" до госпиталя, заполняя за одну ночь госпиталь десятком убитых и раненых и притом мы, как полиция, остаемся бессильны в поисках свидетелей. Никто не хочет быть очередной жертвой мафии.

    Показала рукой на следующую гору сплошь усыпанную барриос:

    - Обрати внимание, в конце дороги слева одна из главных гор барриоc – "Моррос", а под ней благополучный район "Альтамира", как не удивительно безопасный и напичканный банками, офисами, ресторанами и дорогими бутиками... и это одно из неписанных соглашение с мафией

    Впоследствии, в одном из отзывов, я опишу вам один из дорогих ресторанов Каракаса под названием "Старая Голландия" в фешенебельном районе "Альтамир", после которого исполнились наши женские ожидания с креолкой Андоррой и Голландкой Кристоферой управляющей нефтегазового концерна "Royal dutch Shell Plc".

    Я, оглушенная такой экскурсией, с удивлением показала на огромный, недостроенный бетонный остов здания этажей в 70, который вероятно был виден практически с любой части Каракаса. Недостроенное, серо - бетонное здание на удивление было сплошь усыпано самодельными окнами.

    Андорра усмехнулась:

    - Это "Башня Давида" — наша икона Каракаса. Самое высокое здание в стране, которое должно было стать сияющим финансовым центром.

    После бегства из Венесуэлы самого владельца его недостроенное здание забросили. Бездомные, бродяги, нищие и малоимущие захватили брошенную башню и живут в ней по сегодняшний день. О том, что происходит внутри серой башни, буквально слагаются городские страшилки - легенды.

    Посмотрев на меня, добавила:

    - Я могу с тобой как-то проехаться на моей полицейской машине по всем районам барриоc, впечатление останется - усмехнулась Андорра, я промолчала потрясённая……

    Господин Себастьяно д' Эро видно стыдясь за такую Венесуэлу, рассказывал:

    - Правительство последнее время не выдворяет приезжих из страны, выделяя им пособия соизмеримые со средней зарплатой это примерно 300$, и все практически живут только на пособия в зависимости от количества детей, совершенно не работая и промышляя грабежами и обманом зазевавшихся туристов. Многие повально организовываются в банды мотоциклистов, которые по ночам и даже днем грабят владельцев дорогих автомобилей остановившихся перед красным сигналом светофора.

    Впоследствии в Каракасе мне пришлось в одну из ночей в бешенной автомобильной гонке уходить от преследования банды мотоциклистов - латиносов, где только мощь английского "Роллс – Ройса" и хладнокровие за рулем моей подруги Голландки Кристоферы спасло нас от неминуемой развязки. Но, это в следующем моем отзыве.

    Впереди показался сам город Каракас, который удивил своим современным самовыражением, но об этом позже.

    Остановив у офиса Венесуэльской нефтяной компании "Petroleos de Venezuela" г. Себастьяно д' Эро и Гонсалес вышли определившись с моим Шефом о нашей последующей встречи на международной выставке Российского проекта в "Боливар – Плаза", попрощавшись продолжили путь к нашей гостинице в сопровождении Андорры.

    Наша гостиница "Centro Lido" находилась в квартале современного финансового центра Каракаса "Lido", представляя из себя красивый, изумрудный с черным оттенком огромный куб, окруженный со всех сторон пальмами и флагами стран участниц конференции по международному нефтяному проекту "Хунин – 6", величественно и во множестве развевающимися у главного входа отеля.

    Андорра, оставив полицейский "Хаммер" на стоянке у главного входа отеля, позвала студентов – волонтеров.

    Многочисленные студенты-волонтеры в красных рубашках, обслуживающие конференцию, ловко подхватили наши вещи. Огромное главное фойе гостиницы было оформлены в чёрных тонах Амазонского мореного дерева, что немного угнетало. Персонал отлично говорил на английском, многочисленные студенты-волонтеры щебетали на разных языках, предлагая буклеты и свою помощь. Увидев моё замешательство от такого количества студентов - волонтеров меня успокоили, сказав, что дальше первого этажа им запрещено подниматься.

    Бронь моего "Газпрома" ускорила оформление документов на рецепшене, ненавязчивое сопровождение сотрудником в наши номера и, вот мы "дома".

    Два рядом расположенных на 18 этаже двухместных номера "Де Люкс " с панорамным видом на Каракас нас с Шефом вполне устроили. Двухметровые кровати, огромные мраморные ванны, резные рабочие столы для работы, весь антураж номеров говорил о высоком комфорте, вышитые золотом надписи "Centro Lido" переливались на всём белье, включая халаты и тапочки. Оставив Шефа в его номере с рабочими бумагами, перезвонила в Российское посольство в офис "Газпрома" в Каракасе.

    Вернувшись в номер разбирала свои вещи посматривая восхищенно на Андорру, которая, ожидая меня, бросив белые офицерские перчатки на стол и сняв красивую с серебряным кантом пилотку, стояла у панорамного окна распустив красивые, ухоженные переливающиеся черные волосы. Вложив пилотку с серебряным кантом под черные погоны с большими серебряными офицерскими звездами, она, ослабив на себе пояс с оружием, утомленно присела в кресло, молча, наблюдая за мной. О чем она думала, я только догадывалась… . Заметила, что мои выкладываемые вечерние платья, ювелирные коробочки с бриллиантовыми серьгами, лейблы знаменитых мировых марок на белье заставляли Андорру переводить взгляд с моих вещей на меня.

    Я знала..., но насколько она из очень богатой состоятельной семьи входящей в узкую элиту Венесуэлы я даже тогда и не подозревала.

    Развешивая вещи в громадный, резной шкаф, лихорадочно думала, что мне одеть после принятия душа, хотелось произвести первое впечатление так, чтобы оно определило наши дальнейшие взаимоотношения с моими неординарными женскими желаниями.

    Выбрав из моего ограниченного гардероба два платья от "Versace", остановилась на тончайшем черном платье, в котором была с Ольгой в нашу Московскую ночь расставания перед моей поездкой в Венесуэлу. Платье в декоре Medusa Safety Pin  с глубоким V-образным вырезом  с застежкой на молнии сзади и с известным  боковым разрезом...  длина до макси...  посчитала лучшим.  Достала высокие туфли от "Chanel" с серебристой фурнитурой, застежка на пряжке, высокий каблук и открытый носок, которые ещё больше удлиняли мои тонкие, высокие ноги, добавила прозрачные шелковые чулки с антрацитовой стрелкой сзади и широкой коронкой с Голландскими сюжетами, которая кокетливо  просматривалась на чулках в боковом разрезе длинного платья под названием (сицилийская вдова)..., нижнее бельё от "Job….." , незаметно прихватила с собой в ванну свои любимые духи от "Francis Kurdjian".

    Попросив Андорру минутку подождать, прошла в туалетную комнату где была приятно удивлена комфортностью сочетаемой с блеском и чистотой, обилием туалетных принадлежностей и необычным, спадающим словно с горы душем, отгороженным инкрустированным стеклом от потолка до пола. Растягивая удовольствие, приняла горячий душ после многочасового, утомительного перелёта из Москвы до Каракаса со стыковкой во Франкфурте.

    Переодевшись и приведя себя в порядок, добавила моего любимого запаха от "Francis Kurdjian", волнуясь, ещё раз взглянула в зеркало, теряясь в выборе сменила бюстгальтер…, потом решила его вовсе не одевать! Обнаженные, высокие груди, обтянувшись боковыми фланцами платья, придали высоко стоящей груди кокетливый образ с чуть просматривающимися ареалами набухшей груди от моего желаемого женского предстоящего с Андоррой.

    Вспомнив делившую со мной ночи юную Ольгу, оставленную в Москве, моментально нашла себе тысячу женских оправданий моим клятвам в верности данным Оле.

    Подумав… оставила на себе под платьем из нижнего белья узкий ажурный поясок из французского законодателя мод города Кале, который держа тончайшие шёлковые чулки со швом сзади идеально подходил к остальному наряду и по моей задумке  должен был сыграть непрочитанную страницу увлекательной книги в последовательности обладания креолкой моим белым телом.

    Дополнила антураж коллекцией от "Dior." - маленькими бриллиантовыми серьгами с изящной усыпанной бриллиантовой пылью заколкой. Перехватив с одной стороны волосы, подчеркнула цвет и блеск волос их красоту и неповторимость… капельку косметики… решительно сняла с пальца перстень с камнем ( заранее предполагая...). Взглянув в зеркало, погрозила себе пальцем за мою радость о порочных мыслях. Облегченно вздохнув, открыла дверь туалетной комнаты… .

    Андорра, увидев меня такой… встала с кресла, отложив сигарету и протянув ко мне руки прошептала:

    - …mi deseada! (исп.)

    Блеск женских глаз говорил о безумном желании обладать моим белым телом.

    Ночь, которая наступает в Венесуэле так, как будто выкрутили лампочку, вступала в свои права. Открытое окно наполняло номер вечерним, трепетным Венесуэльским воздухом, приносящим ночную свежесть с окружавших Каракас гор огромного национального заповедника "Авила". Город красиво озарялся огнями, на горных склонах окружавших Каракас мотыльками горели огни многочисленных барриос.

    Кто из нас сделает первый шаг, я не догадывалась, но, я не хотела, чтобы Андорра уходила именно сейчас, когда казалось, что моя шоколадная мечта рядом – протяни руку….

    Я так много думала о ней, так желала моих женских обьятий молодого, чёрного тела ещё там в Москве засыпая одиноко в постели, вспоминая свою первую черную женщину Нубийку Флавию 25-ти летнею танцовщицу ночного клуба в Шарм – Эль – Шейхе.

    Барная стойка… открыв бар обнаружила в красно – золотистой коробке из черного дерева Кубинские сигары и сигареты, в череде бутылок знаменитый Венесуэльский ром "Ocumare", вынув бутылку предложила открыть. Подвинув столик к мягкому белому дивану разлили ром… зажгли сигары… заказали ужин из нашего отельного ресторана "Le Nouveau".

    12 - ти летний Венесуэльский ром "Ocumare" приятно пьянил головы нашим женским ожиданием, аромат Кубинских сигар просто завораживал! Разгоняя рукой сигарный дым украдкой любовалась Андоррой! Мой испанский один из десятка языков, которым владею в совершенстве, позволял говорить и говорить, приходило чувство того, что обе давно ждали нашу встречу. Наклонившись к друг дружке чувствовали горячее женское дыхание… .

    Сейчас в Москве, мои воспоминания о первой ночи с молодой креолкой в фешенебельном отеле "Centro Lido" Каракаса стремительно проносятся перед глазами, захлёстывая с головой и погружая в невозвратную пучину моих женских воспоминаний в которых Андорре могла позавидовать не только Суламифь с Эсфирью но и сама блудница Иезавель!

    В тот теплый, тропический вечер Каракаса в преддверии желаемого женского порока с креолкой Андоррой ощутила давно подзабытое после нубийки Флавии обволакивающее чувство непрекращающейся истомы желания, желания обладания именно чёрным молодым женским телом. Окутавшее женское сознание желание чёрного женского тела переходило в что – то несравнимое даже с любовью, переходило в нечто большее переходящее в мою зависимость… зависимость, что сильнее наркотиков и нет выхода… выхода нет - словно у матерой волчицы познавшей вкус человеческого тела..!

    Венесуэльский ром пьянил… не выдержав прелюдии, поставив недопитый стаканчик рома, откинувшись на спинку огромного белого дивана словно приглашая приспустила с плеч бретельки платья в истоме моего предстоящего прошептала:

    - Обними меня… - обвив руками высокую шею Андорры.

    Завороженная креолка, словно наслаждаясь открывающемуся взору белых, высоких грудей, осторожно опускала красивыми, длинными пальчиками левой руки моё открытое платье с моих набухших грудей…, другой, расстегивала на себе пояс с оружием…

    Горячие красно – шоколадные губы, пропитанные крепким ромом, трепетно скользили по белой обнаженной груди возбуждая словно губы ребенка ищущие грудь матери.. . 

    Я видела, я чувствовала глаза и руки Андорры ненасытно и жадно поглощающие цвет и шелк моего белого тела….

    Форма офицера полиции, расстёгнутая моими пальчиками на груди Андорры обнажала темную, молодую грудь без бюстгальтера с набухшими ярко - шоколадными ареалами и запахом тончайшего горько – сладкого женского пота c ванилью…

    Андорра, трепетно обхватив мою голову, прижала мои губы к своей набухшей груди, от неожиданности дозволенного моё дыхание словно остановилось... 

    Сбросив подушку с дивана… чувствовала мои предательски податливые ноги нежным пальчикам Андорры. Удерживая и не допуская её руки… чтобы хоть как то остановить её и себя, зубками прижала истекающую бесцветным соком темную ареалу груди Андорры, почувствовав завораживающую молодую упругость груди чуть ли не в агонии сжала зубки… соленый вкус брызнувшей крови от моих сомкнувшихся белоснежных острых зубов опалил язык!

    Андорра вскрикнула, запрокинув голову словно безумная вцепилась в мои обнаженные плечи, моё сердечко стучало, мои набухшие груди словно разрывались изнутри… разомкнув зубки впилась в рассеченную рану словно вампир накрыв алыми губами истекающую кровью и соком темную ареалу Андорры… Полная луна стояла за панорамным стеклом… ром пьянил мою голову окончательно!

    Звонок в дверь, известивший нас о доставленном нашем заказе - ужине из гостиничного ресторана "Le Nouveau", прервал наше очередное желание приносящее страстную боль теперь моей набухшей груди от жемчужных зубов креолки.

    Накинув халаты упали в кресла, официант молча сервировал стол, накрывая стол белоснежной скатертью... искоса поглядывал на наши разбросанные в спешке вещи и явно догадываясь..., получив чаевые, улыбнувшись, удалился. Полуночный заказ из отеля ресторана составленный Андоррой превзошел все мои ожидания Венесуэльской кухни. Десерты с чисто венесуэльским характером – с земляникой и гуавой со сливками, пирог с фруктами "Куэсильо", карамель "Дульче-де-лече" в сбитом мороженном…

    Разлили ром… стоя у панорамного окна номера любовались ночным Каракасом усыпанным мириадами огней. Андорра, прикрывая полотенцем рассеченную моими зубками тёмно - красную ареалу груди, показала рукой в сторону далеко уходящей мириады огней:

    - Там, самый фешенебельный район Каракаса - район "La – Castellana", где только дорогие особняки выполненные в белом колониальном стиле, где нет даже тротуаров, дорога, цветы и сразу белые, каменные стены облепленные благоухающими цветами.

    Прильнув ко мне, прошептала:

    - Я там живу! Вас обязательно пригласят к нам в гости, я покажу тебе свой особняк. Познакомишься с моей тетей Донной Россарио, истинной наследницей потомков Королевского Мадридского Двора со времён Христофора Колумба…

    Сейчас, в Москве, вспоминая Донну Россарио по - прежнему злюсь, вспоминая, как не подала мне руку при нашем первом знакомстве в её особняке "La – Castellana".

    Об этом в дальнейшем отзыве я уделю вам целую главу моих воспоминаний.

    В день нашей первой встречи с Андоррой, можно сказать, как и всегда, что в последствии я ощутила в Каракасе, на город опускался с гор прекрасный пахнущий тропический вечер сопровождаемый заходящим красивым багровым солнцем.

    Большая мраморная ванна наполнялась водой из огромного душа, имитирующего водопад, казалось, что обе стоим обнаженными под настоящим тропическим водопадом...

    Голое шоколадное тело молодой креолки… жемчужные зубы, красивые, длинные пальцы скользящие по моему голому белому телу… . Андорра, опустившись обхватила мои бедра… потоки воды падали на шоколадные плечи… мои ноги от неожиданности просто подкашивались….!

    - А хочешь - она опустила руки мне на колени и,... - смотря снизу в мои глаза, глубоко задышала…

     - Прямо сейчас ляжем в постель? Я сделаю все, что захочешь...

    В отблеске Венесуэльской ночи огромная резная кровать приветливо распахнула одеяло. Андорра, сбросив халат, опустившись в белоснежную постель, стараясь от захлестнувшего стыда не смотреть мне в глаза, в волнении ожидала первое прикосновения моих губ…, после которого окончательно должна разорваться ненужная грань между нами.

    Наша первая Венесуэльская ночь… шоколадное 22-х летнее открытое тело передо мною…

    Молодое и неотразимое тело креолки с чистым невинным взглядом сквозь длинные ресницы… Линии очерченных губ, шоколадный оттенок личика подчеркивал утонченность облика, я смотрела… не в силах оторваться.

    Мне было стыдно в мои 30 лет… , но невинность моей жертвы перед первым познанием женского порока лишь ещё больше распаляла моё воображение, её чистота пробуждала мои самые грязные и безумные фантазии женского порока, которые, теряя приличие, хотелось воплотить в первую нашу встречу.

    Неловкость креолки сменялась на ненасытность, её стеснение просто подхлестывало пик моего сумасшествия. Растрепанные волосы, горящие пьяные глаза, море пролитой ласки превратившейся в капельки пота на сплетенных телах...

    Истязая поцелуями… чувствовала, что вздрагивая шелком шоколадной кожи она пытается притянуть меня ближе и ближе к своему обнаженному, трепещущему телу.

    Сбросив на пол покрывало, разлила в бокалы ром… обхватив спинку кровати... чувствовала её настойчивость в обладании белым телом, её упрямство в достижении своей цели и это мне безумно нравилось …

    Дрожь моего тела увлекала креолку ещё больше, буря чувств бушевала в моем теле и я не знала какой любви в этих чувствах больше - плотской или духовной...

     Я чувствовала вкус молодого, черного тела, нежные губы, упругую еще не испорченную мужскими руками шоколадную грудь!

    Уставшие от боли и счастья лежали в постели, разбросавшись словно морские звезды на дне Карибского моря, казалось пали небеса, обрушились горы и взорвалось Венесуэльское солнце!

    Осторожно, стараясь не нарушить её сон - забвения, встала, накинула халат.

     Я стояла в темноте номера у панорамного стекла, любуясь с огромной высоты нашего этажа отеля "Centro Lido " панорамой ночного Каракаса… вокруг чужая тишина – холодная, эфемерная.

    Стоя у окна сбросила халат на пол, моё тело нарисовало в темноте надменный, обнаженный силуэт по ту сторону стекла. Тысячи почему хотелось задать моему второму молодому и красивому "Я" по ту сторону стекла…

    Выплывшая полная луна медленно и вероломно размывала уходящий силуэт словно все мои годы по ту сторону стекла, хотелось закричать вдогонку:

    - Время не властно надо мной...!  Надо мной не властно ничто…!!

    Протянув руку, дотронулась до холодного стекла – поняла, что существую…

    Повернувшись, разглядела в темноте номера Андорру сидевшую в постели укутанной в одеяло, предложила выпить… .

    Огромный телевизор транслировал круглосуточный музыкальный канал Каракаса, пела Rosario Flores, я чувствовала, что я в далекой Латиноамериканской стране!

    Откинувшись на подушки, сбросив одеяла на пол, смотрели концерт, разгоняя руками пьянящий сигарный дым. Андорра, прильнув к моему обнаженному телу, таинственно призналась, что я первая в её жизни белая женщина и вообще первая женщина в постели. Опустив глаза, она смущенно прошептала:

    - Скажи, что-то было у меня не так…?

    Рассмеявшись, вытерев рукой мелкие капли пота на её лбу, тихо призналась, что она у меня вторая с таким красивым шоколадным телом после 25 – ти летней Нубийки Флавии танцовщицы ночного клуба в Шарм – Эль – Шейхе и вообще третья после Итальянки Альберты и оставшейся в Москве моей юной Ольге, которая первая превратила мои женские ожидания в реальность в далёком сейчас Египте в постели отеля "Grand Rotana"! 

    Наш смех и увлечение друг другом заставляло забыть о времени, прекрасный вкус 12- ти летнего рома пьянил, аромат сигарет завораживал, что принесёт второй день в Венесуэле я не знала, но я его ждала!

    Утреннее солнце огромным ярко – красным кругом поднималось над Каракасом из - за высоких гор огромного заповедника "Авила" наполняя мой номер Венесуэльским солнцем. Самая высокая канатная дорога в мире "Телеферико", поднимающаяся на 1100 метровую вершину знаменитой горы "Авила", с которой в хорошую погоду можно увидеть Карибское море, гасила прямые линии своих огней над Каракасом. Мириады огней незнакомого города запоздало гасли в утреннем Венесуэльском солнце. Город  Каракас просыпался, наполняя автобаны автомобильными пробками и проблемами наступающего дня.

    Андорра спешила на службу. Надев форму офицера полиции, надвинув пилотку с серебряным кантом до прекрасных чёрных бровей, чем опять поразила красотой молодой креолки, я снова уже желала и ждала нашу следующую ночь! Взяв белые офицерские перчатки со стола, надев поясной ремень с оружием и блестящими стальными наручниками, она была завораживающе притягательна, я хотела её именно в форме, именно такой в своей постели и обязательно с запрещенным насилием надо мной как представителя закона!

    Андорра, улыбнулась словно прочтя мой взгляд и моё желание.

    Прощаясь до вечера, провожала Андорру стоя у открытой двери номера. Несмотря на раннее Венесуэльское утро, участники международной конференции по нефтяному проекту "Хунин – 6", которыми была заполнена вся гостиница "Centro Lido", спешили на конференцию в "Боливар-Плаза". Бейджики висевшие на их груди говорили о разных странах мира. 

    Дверь открывшегося соседнего номера представила нам мою соседку по номеру – даму лет 40, в строгом черном платье, которое было  прекрасным решением для делового и элегантного образа... в приталенном крое и длине ниже колен, что обеспечивало легкость и грациозность её походки.  Прямой рукав до локтя дополнялся манжетой с небольшим разрезом сбоку. Из-под округлого выреза горловины платья выглядывал отложной воротник контрастного белого цвета, что придавало ей ухоженность и гламурность. Высокая, белокуроя с уложенными длинными волосами.... её женственность, её фигура и голубые глаза говорили о многом! Задержав взгляд на нас с Андоррой, она смущенно отвела голубые глаза. Я, взглянув на бейджик, прочла:

    – Голландия. Управляющая. Концерн "Royal Dutch Shell Plc" Кристофера -. 

    Андорра, перехватив мой взгляд, улыбнулась, погрозив мне пальчиком. Поцеловав Андорру, рассталась с ней до вечера.

    -------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

    Мои воспоминания здесь в Москве по прошествии столько времени после Венесуэлы приятно всколыхнули мои чувства. Достав коньяк, попросила принести кофе… зажгла сигарету… откинувшись в кресле, в тиши моего кабинета в мыслях жила Венесуэлой…

     Кому-то написанное мной может быть близким и понятным, а кому-то покажется полной ерундой.

    Но цель понравится всем  перед собой не ставлю. Я вообще не ставлю перед собой никаких целей. Просто описываю мои воспоминания о моей Венесуэле и пишу только тогда когда мне пишется.

    ===========================================

    Продолжение следует…………












    Другие отзывы автора:

    Этот отзыв оценили:

    Комментарии (3)

    Слова - как ваниль, карамель, бергамот...
    мысли - запах пиона, палисандр и россыпь сандала в легком шлейфе жасмина и пачули под солнцем... )
    --------------------------
    как - то так )))
    А можно ваш восторг выразить так, чтобы пряность аромата слов переплеталась со сладостью, невинность с роковой сексуальностью и чтобы всё раскрывалось нежными аккордами терпко - мятного аниса с нежным аккордом мокрого лаврового листа и утренней дикой розы и все чтобы в шлейфе чарующего жасмина и терпкого сандала! )))

    Новый комментарий

    Что бы оставлять комментарии на сайте, Вам нужно Войти или Зарегистрироваться