Иорданская мозаика или байки Мэджа

Рассказ получился непомерно длинным, а разбивать на две части смысла не вижу. Я просто разделила его на маленькие кусочки и каждый озаглавила. Какие из них читать, а какие пропустить, решайте сами. О ТОМ, КАК НАМ ПОВЕЗЛО С ГИДОМ Ах, как он умеет зачаровывать своих слушателей, этот непростой иорданский парень по имени Мэдж, наш гид. Мы ходили за ним по пятам и ловили каждое слово. От гида зависит очень многое в восприятии увиденного, правда? Внешность у Мэджа типично левантийская - среднего роста, плотный, черноволосый. Чертовски обаятельный и харизматичный, имеет кучу друзей по всему миру. И судя по обмолвкам и некоторым другим косвенным признакам, жизненный путь его усеян сотнями разбитых женских сердечек. Но это было раньше! С недавних пор он женат, уже стал папой и очень серьезен по этому случаю. В автобусе, при длительных переездах, когда он ненадолго замолкал, вся группа начинала нас подначивать – спросите у него что-нибудь еще, пусть расскажет (ответственными за организацию интересных бесед почему-то назначили нас с мужем). Чтобы сразу обозначить географию поездок по Иордании, скопирую кусочек из своего отзыва про Петру. «Программа нашего тура, стартовавшего в Тель-Авиве: 1й день – Экскурсия в древний город Джераш (Гераса). 2й день – Петра (основная цель поездки) 3й день – город Мадаба, гора Небо и возвращение в Израиль. Ночевки (2 ночи) - в Аммане (столица Иордании)» Из Тель-Авива нас привезли на израильскую границу. После ее прохождения – трансфер до иорданских погранцов, штампики в паспорта (иорданская виза) и загрузка в иорданский же автобус. Израильскому – въезд на территорию страны запрещен (там свои заморочки). Вот тут мы впервые и встретили его, нашего гида Мэджа. Автобус покатил к первому пункту программы – Джерашу (Герасе), а гид приступил к покорению наших душ, эмоционально и завораживающе рассказывая о себе, обо всем, что мелькало за окном, и вообще «за жизнь». МУСУЛЬМАНИН В СНЕЖНОМ РАЮ Мэдж в свое время учился в двух вузах в России, ни один так и не закончил. А вот русский язык выучил прекрасно. Только иногда допускает такие очаровательные ошибки-неточности, что кажется, он это делает нарочно, чтобы лишний раз развлечь подопечных туристов. Попав в Россию, пылкий арабский юноша из патриархальной страны вдруг оказался в снежном раю, окруженный несметным количеством длинноногих гурий в мини-юбках. «Когда же мне было учиться?» - горестно восклицает эмоциональный Мэдж, группа понимающе хмыкает. Терпение родителей, оплачивающих учебу и прочие радости жизни непутевого сыночка, лопнуло и они добились возвращения Мэджа домой. И уже дома он завершил свое образование в иорданском вузе по какой-то гуманитарной специальности. Мэдж из интеллигентной обеспеченной семьи врачей. Его дед и бабка раньше жили в подмандатной британской Палестине. В Иорданию они прибыли в 1948 году после того, как по решению ООН было образовано государство Израиль. С пятью детьми и тем, что смогли унести в руках. Бросив дом и налаженные дела… …А мы тем временем прибыли в Джераш – один из наиболее сохранившихся древнеримских провинциальных городов. ДРЕВНЯЯ ГЕРАСА И СОВРЕМЕННЫЙ ДЖЕРАШ Римский император Помпей включил Герасу в число городов Декаполиса — десяти важнейших городов Римской империи на востоке от иорданской долины. И был этот город огромен и прекрасен. А потом его сначала изрядно разрушило землятресением, а затем занесло селевым потоком, и он долгое время пребывал под слоем песка и глины. Позже, поверх окаменевшей грязи, построили дома перебравшиеся в Иорданию черкесы. Более или менее серьезные археологические работы здесь начались в 1925 г. Сейчас раскопана западная часть города, а восточная так и осталась под жилыми кварталами современного арабского города Джераш. В Библии эта местность упоминается как земля Галаада, где растут оливки, виноград и пшеница. А сам Джераш (Гераса) - как один из городов, в котором проповедовал Иисус Христос. Что можно делать, попав на территорию комплекса? Неспешно бродить, любоваться неплохо сохранившимися древнеримскими развалинами, думать о бренности бытия… Вот был здесь город и жили в нем люди. Немного другие, но в принципе не особо от нас отличающиеся. Любили, радовались, страдали, умирали…Бегали по каменным мостовым босоногие мальчишки, ходили взявшись за руки влюбленные… А теперь здесь – руины и вековая пыль. И ходим уже мы, люди другой эпохи. А что будет дальше? Да кто ж его знает… «Все пройдет, и будь что будет. И то, что будет – тоже пройдет…» ПРО ЖЕНЩИН ВОСТОЧНЫХ И НЕ ОЧЕНЬ Во время экскурсии по Герасе общительный Мэдж здоровался и вступал в беседы с местным населением, представленным в основном пожилыми закутанными в черное арабками с разновозрастными детьми. У них бабушки так выгуливают внуков, что ли? Попутно посетовал, что на востоке женщины стареют рано - много детей, активное иссушающее солнце, да и вообще генотип такой - рано расцвели, рано завяли. А вот европейки, говорит – их не поймешь. Смотришь – молоденькая девушка. Заводишь с ней разговор – выясняется, что у нее уже дочь - молоденькая девушка, а ей самой хорошо за сорок. Нам, жителям востока, говорит, очень трудно определить правильно ваш возраст. Ух ты! - подумала я. Целая страна мужчин, которым я кажусь молоденькой красоткой, какой была в свои 20-25! Я никогда не упущу возможности безобидно пошалить. И всю поездку, когда видела, что мои фокусы пройдут безнаказанно, потихоньку от мужа строила глазки направо и налево. А при возникновении активного встречного интереса – брала мужа под руку и отворачивалась с притворным негодованием. Хоть немного да отомстила вечным приставалам-арабам! …А наш автобус уже катится в Амман, где мы должны заселиться в отель и где нам предстоят две ночевки. СТОЛИЦА ИОРДАНИИ – АММАН Амман меня разочаровал. Безликий, беспорядочно застроенный город. Парков и вообще зелени практически нет, а в некоторых местах нет даже пешеходных тротуаров. Гуляя по вечерам, мы иногда были вынуждены двигаться по проезжей части, что было довольно экстремальным развлечением. Трафик в городе плотный, а водят авто, как и во всем арабском мире, в стиле «тормоза придумали трусы, а правила соблюдают лохи». Если у кого-то есть другое мнение об Аммане - с интересом выслушаю и приму к сведению. А я его увидела именно таким. В первый вечер в Аммане вся группа разбрелась по номерам отдыхать. И только трое неуемных – мы с мужем и девушка Света из США, с которой мы подружились, еще дожидаясь автобуса в Тель-Авиве, решили съездить посмотреть старый город. Ожидали чего-то в стиле «1000 и одной ночи», всякие там узкие улочки, ажурные балкончики, местный колорит и все такое. А оказалось – точная копия хургадинского даун-тауна, только продавцы не такие приставучие и по-русски никто не понимает. Мы-то люди закаленные – хургадинскими пейзажами нас не испугаешь, а рафинированная американка Света ужаснулась и быстренько запросилась обратно в отель. И мы было уже взялись за телефон, чтобы вызвать такси (просто так поймать его на улицах Аммана оказалось проблематично), как вдруг… Из одной лавчонки, видимо услышав русскую речь, выскакивает бойкий парнишка и, хватая нас всех попеременно за руки, заглядывая в глаза и активно жестикулируя, начинает непрерывным речитативом «О! Вы из России, да? Вы говорите по-русски! О, как я рад, как я счастлив! Русские люди – они такие классные! Я их так люблю! Я раньше в Египте в отеле работал аниматором! Ооооо, как я люблю русских! Нет, я не могу вас просто так отпустить! Вы должны зайти в наш магазин и купить что-нибудь («а лучше бы все сразу» – явно слышится в его голосе)! Я вам сделаю огромную скидку, да я отдам вам все почти даром! Заходите!» Из вежливости и частично от растерянности заходим в лавку. Все ожидаемо – дешевая сувенирная фигня, которую уже через неделю после возвращения домой мечтаешь вынести на помойку. А нас продолжают обхаживать, уже и кофе несут. Смотрим на Свету – все, девочка готова! Глаза затуманены, рука лезет в карман за своими первозданными долларами. Нет, мы своих не сдаем! Хватаем ее с двух сторон под руки и вежливо, но непреклонно попрощавшись, уводим подальше от соблазна. Через пару минут наша американка приходит в себя и в ужасе спрашивает «Что это было?». «Это арабский мир, детка!» - смеемся мы и возвращаемся в отель, а потом полночи гоняем чаи и травим эмигрантские байки. ДРЕВНЯЯ ЦИТАДЕЛЬ Второй день нашего пребывания в Иордании посвящен поездке в Петру и уже описан мною в отдельном отзыве. На третий день собрали мы с утра чемоданчики, загрузили их в автобус и отправились в заключительную поездку по Иордании. Для начала нас ждала Цитадель, расположенная на вершине горы Джебель-аль Калаа практически в центре Аммана. На территории Цитадели обнаружены следы разной степени сохранности, оставленные многочисленными проживавшими здесь в разные времена народами: 1) остатки античного храма Геркулеса, построенного в 166 году (причем содержащего старые части еще более древнего святилища эпохи Железного века); 2) византийская церковь, построена в 5-6 столетии небольшими общинами христиан, проживающих на территории цитадели (при ее строительстве активно использовались колонны и стены храма Геркулеса). 3) дворец Омейядов, построенный ориентировочно в середине 8 столетия (при строительстве которого естессно тоже использовалось все ранее построенное – ну молодцы, предприимчивые были ребята – че добру-то пропадать!). У подножья Цитадели находится Римский театр, рассчитанный на 6000 мест. «Хлеба и зрелищ!» - требовали древние римляне, даже оказавшись вдалеке от своей исторической родины. И что-то мне подсказывает, что только этими простыми радостями они не ограничивались. Если хорошенько поискать, наверняка где-нибудь рядышком развалины терм и лупанариев, в которых сейчас уютно расположились арабские лавочки. Цитадель нас порадовала шикарными видами на город и национальным археологическим музеем. В Музее находятся такие раритеты, как «Кумранские свитки», найденные в середине прошлого века на берегу Мертвого Моря, древнейшие библейские тексты и апокрифы. Часть из них попала в Израиль, а часть можно увидеть в здесь, в амманском музее. Руками потрогать нельзя - они под стеклом. Еще мне там очень понравились 2-х головые статуи (есть на фото), по одной из версий их ставили на могилу супругов. А вообще, это вроде как первые скульптуры, изображающие людей, и созданы они в период раннего неолита, 6-8 тысяч лет до нашей эры)) А дальше путь наш лежал в древний город Мадаба по «Царской дороге», которой более 5000 лет. Ехать от Аммана около получаса, и чтобы не дать нам заскучать, Мэдж решил поделиться своими наблюдениями за судьбами россиянок, вышедших в свое время замуж за иорданцев. ПРО «СРЕДНЕСЧАСТНЫХ РОССИЯНОК» Так вот, по мнению Мэджа, жительницы бывшего СССР, приехавшие вслед за мужьями в Иорданию, делятся на 3 категории – счастливые, «среднесчастные» и вовсе уж несчастные. Счастливые – это жены очень обеспеченных иорданцев. Не работают, имеют штат прислуги, свободное время проводят в стиле шопинг-массаж-бассейн. «Среднесчастные» - это те, у кого достаточно денег на хорошее жилье, обучение детей в престижных школах, они имеют хорошо оплачиваемую работу, но работать приходится много и жить по принципу работа-дом. И наконец, несчастные. В свое время на учебу в СССР были командированы способные юноши из бедных семей. Наши девушки, с придыханием произносящие слово «иностранец», наверное и не подозревали, что среди этих восточных «принцев» есть и откровенно нищие… Выяснялось кому насколько повезло уже по приезду на родину свежеиспеченных мужей. Эх, Мэдж, думала я, плохо же ты понял менталитет русских женщин, а пословицу «с милым рай и в шалаше» либо не слышал, либо принял за шутку. Не уверена, что уровень счастья распределяется согласно уровню достатка мужа даже на вашем хитромудром востоке, который как известно «дело тонкое»… МАДАБА - ГОРОД МОЗАИК А поездка наша уже потихоньку движется к концу, Мадаба – один из последних запланированных объектов. Городок очень колоритный, я бы с удовольствием побродила по его узким улочкам часок-другой, но это, увы, не входило в планы составителей экскурсий. Небольшой старинный городок Мадаба в последнее время потихоньку становится спальным пригородом столицы (расположен всего в 30 км то Аммана). А прославилась Мадаба в основном как «город мозаик», древние мозаичные панно сохранились даже в жилых домах. Самым известным из найденных здесь панно является мозаичная карта Святой Земли (VI в., первоначальные размеры 25 на 5 м.), изображающая территорию от финикийского города Тир (Ливан) до дельты Нила в Египте. В центре - Иерусалим с планировкой того времени. Карта находится в действующей православной церкви Св. Георгия (1884 г.), построенной над остатками византийской церкви. Мы, быстренько пробежавшись по городу и посмотрев знаменитую мозаичную карту, двинулись дальше – к горе Небо, находящейся в 7 км западнее Мадабы. ГОРА НЕБО Гора Небо (Нево) - является предположительным местом смерти пророка Моисея. И согласно легенде, именно здесь Всевышний наконец показал ему Землю Обетованную. «Вот он и помер от радости» - святотатственно подумала я. Когда слышу о 40-летних скитаниях древних иудеев по пустыне, просто не могу удержаться от сарказма - что они там 40 лет делали? Учитывая размер этой пустыни, там уже каждый кактус можно было выучить наизусть. С вершины горы видно Мертвое море, Иерихон, долину реки Иордан и даже при хорошей видимости - крыши Иерусалима. Эта гора освящена одним из Римских пап, сюда стекаются паломники всех конфессий, вообще там много чего наворочено и настроено. Но я даже особо вникать не стала – для меня эта гора осталась местом своего главного события – Моисей увидел наконец Землю, обещанную его народу, «землю, текущую медом и молоком». И со спокойной душой отправился в мир иной (на иврите это звучит как «ушел в следующий мир»). Потрясающе красивые виды, свободно гуляющий ветер и расслабляющее спокойствие. Аминь. ОБ ОДНОМ АСПЕКТЕ АРАБО-ИЗРАИЛЬСКОГО КОНФЛИКТА И в самом конце поездки, на стоянке туристических автобусов возле горы Небо, я наконец решаюсь задать Мэджу один провокационный вопрос. Вопрос, который крутится у меня в голове с того момента, как Мэдж упомянул вскользь о своих бабке и деде, прибывших в Иорданию (в тот момент Трансиорданию) из только что образовавшегося Израиля. Ситуация тогда складывалась таким образом. Арабам предлагалось прекратить кровопролитие, блюсти мир и участвовать в строительстве нового государства на условиях гражданского равноправия. Кто-то остался, но многие покинули вновь образованное еврейское государство. По одной из версий, большинство беженцев было насильно изгнано израильской армией, по другой — ушло добровольно по призыву арабских лидеров. Как оно было на самом деле – об этом я и решила спросить у Мэджа, как у внука очевидцев тех событий. Отвела я его в сторонку и спрашиваю без лишних церемоний и вступительных речей – почему твои дед и бабка ушли? Веками жили по соседству с евреями, и вроде уживались. Что произошло в 1948? Им было так ненавистно слово «Израиль», что предпочли все бросить и отправиться практически в никуда? Мэдж явно не ожидал от меня такой подставы, и судя по его реакции, у него инструкция подобных разговоров с израильтянами не вести. Нет, свою доброжелательную открытость он не утратил. Но левантийская темнота глаз мгновенно становится непроницаемой. После пары мгновений растерянности, он берет себя в руки и предлагает присоединиться к разговаривающим неподалеку участникам группы. И только в их присутствии отвечает: - А как ты сама думаешь, могут люди с кучей детей на руках все бросить и уйти только из ненависти к слову «Израиль» или любому другому слову? - Значит, они все-таки вынуждены были уйти? - Ты уже сама ответила на свой вопрос, Наташа - разговор ему явно не нравится. - Но многие ведь остались, Мэдж, и все у них в порядке, живы-здоровы, – не унимаюсь я. Мне нужно разобраться, раз уж я за это взялась! - В разных местах было по-разному, – без особого энтузиазма отвечает Мэдж и, заканчивая разговор, созывает группу к автобусу. Ну что ж, спасибо за откровенность, Мэдж. Если, конечно, ты был откровенен. И еще – мне очень интересно, что же таилось за темной непроницаемостью твоего взгляда. Досада на меня, «оккупантку», живущую там, где раньше стоял дом твоего деда и прадеда, да еще лезущую в душу с неуместными вопросами? Или такие же как у меня горечь и сожаление… О том, что творили наши предки. О том, что творили с нашими предками. И о том, что и детям своим, и внукам, и внукам правнуков оставим мы эту бессмысленно жестокую распрю под названием «арабо-израильский конфликт», конца и края которому нет и не предвидится. Суровый библейский Яхве заплакал и сказал «Не доживу…». *** Автобус, обгоняя ярко разукрашенные грузовички, катится к иордано-израильской границе, где мы тепло прощаемся с гидом, водителем и охранником. Я желаю тебе мира и благоденствия, Иордания. А твоему народу – счастья и достатка под мудрым руководством короля Абдаллы. Глядя в окно на практически не изменившийся при переходе границы пейзаж, я уже потихоньку «раскладываю по полочкам» свои иорданские впечатления и загадываю – когда я приеду сюда снова? Приеду? Хотелось бы…